?

Log in

No account? Create an account

snorri_di

Вильгельм III Оранский. Часть четвертая.

« previous entry | next entry »
Sep. 18th, 2007 | 05:55 pm
music: Henry Purcell - Odes for Queen Mary

Продолжение истории Вильгельма III Оранского. Автор - Randy.
Вильгельм III Оранский. Часть первая.
Вильгельм III Оранский. Часть вторая.
Вильгельм III Оранский. Часть третья.

Вильгельм при Бойне

30,76 КБ


Всем ирландским солдатам, сражавшимся на стороне Якова, Вильгельм предложил помилование в случае прекращения войны за покинувшего их короля, однако эти условия не касались офицеров якобитской армии и ирландских землевладельцев-католиков, которые поняли, что у них нет иного пути, кроме как сражаться до тех пор, пока им не будет предложен иной мирный договор, учитывающий все их религиозные, гражданские и имущественные права. Патрик Сарсфилд, один из выдающихся командиров якобитов, и верные ему люди решили продолжить сопротивление, удерживая город Лимерик. Француз-комендант посчитал это безумием и покинул город, который Сарсфилду удалось подготовить к осаде. С августа до поздней осени Вильгельм безуспешно осаждал Лимерик, и когда проливные дожди превратили окрестности города в малярийное болото, Вильгельму пришлось снять осаду и вернуться в Лондон.

Патрик Сарсфилд, герой осады Лимерика

13,09 КБ


Летом следующего, 1691 года состоялись последние сражения Ирландской кампании, в которых Вильгельм уже не принимал непосредственного участия. 12 июля 1691 года якобиты потерпели жестокое поражение при Огриме, потеряв убитыми 4 000 человек; осажденный англичанами город Галуэй капитулировал 26 июля, Лимерик сдался спустя три месяца. Сарсфилду и его соратникам удалось договориться с командующим английской армией генерал-лейтенантом Гинкелем о важных условиях капитуляции, которые были зафиксированы в Лимерикском договоре. Согласно им, англичане обязывались предоставить католикам те же права, что они имели в годы царствования Карла II, гарантировать их права на земли, находящиеся в их владении, а также даровать помилование всем солдатам и офицерам ирландской армии, предоставив им возможность поступить на службу любого иностранного государства. Это условие было соблюдено. Сарсфилд и его 10-тысячная армия, а также 4 000 женщин и детей, отправились во Францию – это массовое переселение ирландцев стало известно как «отлет диких гусей». Что касается гражданских условий, протестанты, преобладающие в ирландском парламенте, отказались их ратифицировать и, начиная с 1695 г., против ирландских католиков издавалась масса дискриминационных актов, что сильно подорвало доверие ирландцев к новой власти. Они прозвали Лимерикский договор (Treaty of Limerick) «Лимерикской изменой» (Limerick Treachery).

Камень, на котором, по легенде, был подписан Лимерикский договор

12,79 КБ


С подписанием договора в Лимерике ирландская кампания Вильгельма завершилась. Уже после битвы при Бойне и бегства Якова движение якобитов лишилось перспектив и в Шотландии. Еще 17 августа 1691 года Вильгельм объявил, что дарует помилование всем участникам якобитского сопротивления, если они принесут присягу верности в присутствии магистрата до 31 декабря 1691 г. В противном случае мятежных горцев, гласила прокламация, надлежало считать изменниками и применить к ним самые суровые меры. Главы горных кланов, опасаясь за свою жизнь, послали гонцов к Якову, теперь находившемуся во Франции, с просьбой разрешить им принести присягу Вильгельму. Яков медлил с ответом до середины декабря, когда положение неприсягнувших кланов сделалось угрожающим. Смысл его ответа сводился к разрешению «поступать по совести». Это в достаточной мере развязывало руки шотландцам, и многие главы кланов соблазнились предложением получить часть выделенной правительством огромной суммы в 15 тыс. фунтов в обмен на лояльность и прекращение усобиц; другие оттягивали момент принесения присяги как могли, но к условленному сроку почти все горные кланы присягнули на верность Вильгельму и Марии.

Джон Дальримпл, лорд Стейр

28,37 КБ


Секретарь (наместник) Шотландии сэр Джон Дальримпл, лорд Стейр, надеялся, что отказ от присяги послужит основанием для начала репрессивной кампании против горцев. Однако из пяти намеченных им для истребления кланов только Макдональды из Гленкоу не успели принести присягу, опоздав на шесть дней. Дальримплу удалось заручиться согласием Вильгельма на «искоренение этого разбойничьего рода в целях осуществления правосудия» и с помощью клана Кэмпбеллов, традиционно лояльного английскому правительству и враждебного Макдональдам, организовал операцию, впоследствии ставшую известной как «резня в Гленкоу». В результате сложной интриги Дальримпла и его единомышленников и тщательно спланированного нападения вооруженных Кэмпбеллов, 37 членов клана Макдональдов были убиты, 40 – преимущественно женщины и дети – замерзли в горах, будучи лишены крова. Случилось это 13 февраля 1692 г.

Долина Гленкоу – «Долина плача»

29,70 КБ


Давая свое разрешение на карательную операцию против МакДональдов, Вильгельм руководствовался необходимостью задавить в зародыше очаг постоянной напряженности в Хайленде. Помимо того, что МакДональды поддерживали якобитское движение, они также постоянно совершали разбойничьи набеги на равнинные кланы (так они поступили, к примеру, с землями одного из Кэмпбеллов после поражения якобитской армии при Данкельде), и именно как бандитов, а не только врагов короны, представил их Вильгельму доклад Дальримпла. Никто так и не проинформировал короля о том, что присяга была все же принесена, пусть с недельным опозданием, но аннулирована стараниями лорда-президента Совета Шотландии, Джеймса Дальримпла (отца лорда-секретаря и выдающегося юриста) и других «высокопоставленных лиц», как их называет лорд Маколей.

Джеймс Дальримпл, виконт Стейр, лорд-президент Шотландии

14,40 КБ


В тот момент это событие не получило широкого резонанса. Однако сохранить такое кровавое деяние в тайне было невозможно, и год спустя Вильгельм разрешил начать расследование, для чего была учреждена особая комиссия. Она начала работу лишь в апреле 1695 г. и выполнила свою задачу настолько скрупулезно, насколько было возможно сделать это, не затрагивая репутации Вильгельма. Комиссия посчитала, что подписанный королем приказ нельзя считать санкцией на резню, основным виновником которой был назван ни о чем не сожалевший лорд-секретарь Дальримпл. Выводы комиссии были представлены парламенту и одобрены им, но никто из вовлеченных в организацию или осуществление резни в Гленкоу в итоге не понес наказания.

Ни комиссия, ни позднейшие исследователи никогда не могли однозначно ответить на вопрос, какой была степень информированности Вильгельма о том, какими методами Дальримпл и другие организаторы резни планировали «искоренять» клан МакДональдов. Для якобитов его подпись на роковом приказе оказалась желанным подарком для использования в пропагандистской войне. Виги предпочитали придерживаться версии, что король подписал приказ, не читая. Пожалуй, можно согласиться с Маколеем, который пишет: «документ, касающийся маленькой группки горцев, живущих в глуши, не отмеченной ни на одной карте, вряд ли мог заинтересовать властителя, чей ум был занят планами, от которых зависели судьбы Европы». В любом случае, невзирая на определенный возможный ущерб репутации короны, расправа над МакДональдами произвела нужный эффект на горцев, выступления которых прекратились.

Леопольд I Габсбург, император Священной Римской империи, союзник Вильгельма по «Великому альянсу»

41,21 КБ


Войны в Шотландии и даже продолжительная ирландская кампания являлись лишь отголоском континентальной «войны Великого альянса», известной также как «Война за пфальцское наследство». Антифранцузский «Великий альянс» Священной Римской империи, Испании, Португалии, Швеции и протестантских германских земель с Англией был сформирован по инициативе Вильгельма на основе Аугсбургской лиги еще в мае 1689 г. и призван противостоять военной экспансии Людовика XIV. Вильгельм как командующий принимал активное личное участие в континентальной войне, протекавшей с переменным успехом. После провала кампании Альянса в Испанских Нидерландах в 1691 г. и потери союзниками важной крепости Намюр в 1692 г. французы были готовы начать вторжение в Англию, и только разгром французского флота в Атлантике адмиралом Расселом при мысе Ла-Хог (Аг) предотвратил эту возможность и очередную запланированную попытку реставрации Якова II c помощью Франции.

Ричард Пэтон. Битва при Барфлёре, 19 мая 1692 г.

26,34 КБ


Добившись временного превосходства на море, союзники тем не менее несли потери на суше. Кровавая битва при Ландене в Испанских Нидерландах, состоявшаяся 29 июля 1693 г., стоила жизни или свободы 19 000 солдат армии Вильгельма и 9 000 французов; в этом сражении нашел свою смерть и Патрик Сарсфилд, храбрый защитник Лимерика, герой ирландских якобитов. Маршал Люксембург не стал преследовать отступающие части союзников, и Вильгельму удалось спасти свой арьергард от паники и плена.

Повторения катастрофы никто не хотел, и 1694 год обошелся без крупных военных действий. Но в конце его произошло событие, для Вильгельма сопоставимое с тяжелейшим поражением на войне: в канун Рождества его жена Мария, поддерживавшая его во всем, управлявшая страной в долгие периоды его отсутствия, заболела черной оспой.

Мария II



Поначалу врачи королевы не могли прийти к единому диагнозу, и только опытный доктор Рэдклифф и сама Мария понимали страшную правду. Обреченная королева отпустила со службы всех своих фрейлин и придворных, кто не переболел оспой в детстве, сожгла большую часть своей переписки и приготовилась встретить смерть. Во время своей болезни Мария выказала высочайшую стойкость и силу духа, хотя мы можем только догадываться о том, как дорого давалось это внешнее спокойствие 32-летней женщине, умирающей накануне рождественского бала, знающей, какую боль ее смерть причинит тем, кто остался. Реакция Вильгельма потрясла современников, не предполагавших в нем столь сильных эмоций. Он велел установить в спальне Марии свою походную кровать, чтобы находиться рядом с женой днем и ночью; забыв о себе, он ухаживал за ней как за ребенком. Когда доктор Рэдклифф дал ему понять, что надежды нет, Вильгельм залился слезами, признавшись, что благодаря Марии он был «счастливейшим человеком на земле», а потеряв ее, станет самым несчастным.

Вильгельм III



Горе подорвало его душевные и физические силы. В последний день жизни Марии он несколько раз терял сознание. Доктора опасались не только за его рассудок, но и за жизнь. Видя его отчаяние, Мария попросила его не делать расставание еще более мучительным для них обоих и беречь себя ради блага Англии. Ее саму уже не волновали мирские заботы. Она исповедовалась архиепископу Тенисону, и он совершил таинство причастия. В последний миг просветления Мария передала архиепископу письмо, адресованное мужу, с просьбой вручить его после ее смерти. Когда миновала полночь и рыдающий Вильгельм приблизился к ее постели, Мария уже впала в забытье и около часа ночи скончалась.

Смерть королевы Марии. Английская гравюра

67,56 КБ


Приготовления к похоронам королевы начались незамедлительно. Забальзамированное тело Марии перевезли из Кенсингтонского дворца в Уайтхолл, где должно было происходить прощание. Прославленный сэр Кристофер Рен создал для церемонии похорон королевы невиданный катафалк; Генри Перселл, молодой композитор, написал траурную «Музыку на погребение королевы Марии», еще не зная, что меньше чем через год сам отправится в мир иной; драматург Уильям Конгрив создал посвященную Вильгельму и Марии сентиментальную пастораль «Скорбящая муза Алексиса»; в Парламенте пожелали воздвигнуть королеве пышное надгробие; в то же время непримиримый епископ Кен и духовник Марии архиепископ Тенисон спорили, насколько покаянной была исповедь королевы на смертном одре – ибо Мария так и не выразила сожаления о «присвоении» короны отца и нарушении дочернего долга ради долга верной жены. Все это проходит мимо Вильгельма. Удалившись от всего, что связывало его с миром, не читая писем и не отвечая на них, не занимаясь государственными делами, он покинул Кенсингтон, затворился в своем кабинете в Ричмонде и общался только с Бентинком и архиепископом Тенисоном. Вероятно, он находил некоторое утешение в беседах с архиепископом, вспоминая покойную жену, «безгрешную королеву», как ее станут теперь называть.

Томас Тенисон, архиепископ Кентерберийский

5,87 КБ


Амбициозный священник, поняв, какое значение для Вильгельма имеют эти разговоры и переоценив свое влияние, вознамерился наставить короля на путь истинный и строго предписал из уважения к памяти Марии (и, предположительно, ее последней воле, изложенной в адресованном мужу письме) порвать все отношения с Элизабет Вильерс. Согласие Вильгельма демонстрирует всю глубину усталой покорности. 25 декабря 1695 года «кривая Бетти», которой уже исполнилось тридцать пять, стала женой Джорджа Гамильтона, графа Оркнейского, получив от Вильгельма в подарок земли в Ирландии, некогда принадлежавшие Якову, тогда герцогу Йоркскому. Забегая вперед, скажем: в этом браке, оказавшемся очень удачным вопреки предубеждениям семьи лорда, менее чем за десять лет Элизабет родила троих дочерей – этого не произошло за семнадцать лет ее близких отношений с Вильгельмом, что ставит под сомнение не только самый факт любовной связи, но и способность Вильгельма зачать ребенка. Последнее соображение заслуживает особого внимания, ибо дети Вильгельма от любого брака согласно положениям «Билля о правах» 1689 г. имели право на английский престол, и после смерти Марии многие принцессы и герцогини мечтали породниться с овдовевшим монархом, «протестанстким защитником» Европы.

Элизабет Вильерс, «кривая Бетти», любовница Вильгельма III и подруга Джонатана Свифта

30,54 КБ


Джордж Гамильтон, лорд Оркней

9,78 КБ


Впрочем, в начале 1695 г. эти вопросы не волновали Вильгельма. Коварная болезнь, которая в 1650-м унесла жизнь его отца за семь дней до рождения сына, в 1660-м убила его красавицу мать, теперь забрала его жену, соратницу и опору, и многие предсказывали, - кто со страхом, кто с надеждой, - что со смертью Марии, несмотря на установленные в 1689 г. условия наследования трона, Вильгельм не сможет удержать власть. Фигура принцессы Анны виделась некоторым более подходящей кандидатурой; по совету лорда Сандерленда и Джона Черчилля Анна незамедлительно выразила соболезнования Вильгельму, свои сожаления о давней ссоре с сестрой и желание примирения. У Вильгельма не было ни сил, ни желания продолжать распрю с сестрой его покойной жены, чьего пятилетнего сына, герцога Глостера, возможного будущего наследника престола, он любил как собственного. Встреча Вильгельма и Анны произошла в Кенсингтоне, в январе 1695 г., и примирение, вызванное общим горем, состоялось.

Вильгельм и Мария на золотой монете в 2 гинеи, 1694 г.

51,47 КБ


Тело Марии было предано земле 5 марта 1695 г. Вестминстерское аббатство еще не видело похорон столь великолепных и печальных. За пурпурно-золотым гробом Марии впервые в истории шли все 500 членов обеих палат Парламента, все магистраты Сити, лорд-мэр и олдермены, весь штат прислуги Марии и сэр Кристофер Рен; впереди несли знамена Англии, Франции, Уэльса, Честера, Шотландии и Ирландии. После торжественной заупокойной службы, проведенной архиепископом Тенисоном под аккомпанемент лондонских колоколов и далеких выстрелов пушек Тауэра, тело Марии было захоронено в капелле Генриха VII, рядом с могилой Карла II, по соседству с могилой ее тетки и матери Вильгельма - первой Марии Оранской, скончавшейся от оспы незадолго до Рождества 1660 года.

Похороны королевы Марии. Голландская гравюра. 1695 г.

169,76 КБ


Первоначальный план установить над могилой королевы мраморное надгробие так и не был осуществлен. По сей день место захоронения Марии отмечает лишь простая плита в полу капеллы. Но лучшим памятником Марии стал Военно-морской госпиталь в Гринвиче, задуманный еще Яковом II, но построенный Кристофером Реном по повелению Вильгельма. При жизни Мария лелеяла мечту облегчить судьбу моряков, искалеченных в важнейшем для Англии сражении, битве при Ла-Хог (Аг) в 1692 году – как уже говорилось, эта победа флота Великого альянса над силами Людовика XIV отвратила угрозу франко-якобитской интервенции, и Мария чувствовала к ветеранам флота глубокую благодарность. Теперь, когда королевы не стало, строительство наконец было начато. Указ о начале работ Вильгельм датировал задним числом - 25 октября 1694 года, как если бы Мария еще была жива и способна выразить свою собственную волю относительно госпиталя; он не желал, чтобы люди прославляли его за то, что на самом деле было заслугой покойной королевы.

Вид на Гринвичский госпиталь с Темзы

20,23 КБ


Холл Гринвичского госпиталя

48,30 КБ


На площади перед входом планировалось поставить статую Марии, однако после смерти Вильгельма к этому вопросу не возвращались. Как с горечью пишет Маколей в своей «Истории Англии», «немногие из тех, кто видит благороднейший из госпиталей Европы в наши дни, сознают, что это – памятник добродетелям королевы Марии, любви и печали короля Вильгельма и великой битве при Ла-Хог.»

Дж. Торнхилл. Аллегория Вильгельма и Марии в окружении Добродетелей, Времен года, Английских рек, Четырех Элементов, Навигационных наук и искусств.
Фрагмент росписи потолка холла в Морском госпитале, Гринвич


27,43 КБ


Советники Вильгельма полагали, что для упрочения протестантской линии престолонаследия королю следует жениться вновь. Желая убедить его заключить новый брак с одной из протестантских принцесс Европы, в 1696 г. они составили подробный список потенциальных невест, где первостепенное внимание уделялось не внешности, родословной и воспитанию девушек, но их вероисповеданию. Кандидаткам в новые королевы было от 14 до 25 лет. Лизелотта, жена Филиппа Орлеанского, в детстве сама мечтавшая выйти за Вильгельма, теперь собиралась предложить ему в жены свою подчерицу Марию-Луизу – и только невозможность перехода принцессы в протестантскую веру заставила ее в конце концов выдать Марию-Луизу за короля Испании Карла II. Неохотно согласившись встретиться с наиболее перспективной из предполагаемых невест, четырнадцатилетней Луизой Доротеей Софией Бранденбургской, Вильгельм после встречи окончательно отказался от осуществления навязываемых ему матримониальных планов, заявив Бентинку: «Если все и забыли свою королеву так быстро, я не забыл». Каждый год в годовщину смерти Марии он уединялся в своем кабинете, проводя весь день в размышлениях и молитвах. Вопрос о женитьбе никогда больше не поднимался.

Вильгельм и Мария. Коллекция Национального Морского музея в Гринвиче

35,65 КБ 30,90 КБ


Возможно, повторный брак мог бы стать естественным аргументом против муссируемых якобитами слухов о гомосексуальности Вильгельма. Начало этим сплетням положило появление при английском дворе молодого фаворита по имени Арнольд Йоост ван Кеппель. Красивый юноша-голландец прибыл в Англию еще в 1688 г., но близким королю человеком стал только после смерти Марии, в 1695. Неизвестно, была ли то затея Элизабет Вильерс, понимавшей, что пустоту в сердце Вильгельма надо кем-то заполнить, или сыграла свою роль проницательность лорда Сандерленда, но в лице ван Кеппеля им удалось найти человека, способного развеять горе короля и вернуть ему желание жить. Молодой голландец благодаря своему легкому характеру и исключительной красоте без труда сумел расположить к себе придворных вопреки чрезвычайно сильной антипатии Ганса Виллема Бентинка, графа Портленда.

Арнольд Йоост ван Кеппель, впоследствии граф Альбемарль

261,44 КБ


В «Дворянском реестре» начала XVII века о Кеппеле сказано: «… он был товарищем короля и в делах, и в удовольствиях». Язвительный Джонатан Свифт сделал на полях пометку: «в очень неприличных удовольствиях». Слухи о гомосексуальной природе любви Вильгельма к ван Кеппелю были чрезвычайно популярны среди якобитов, французов и других противников короля; даже Бентинк не гнушался повторять «злобные сплетни» в своих дышащих обидой ревнивых письмах к Вильгельму: «Доброта, с которой Ваше Величество относится к этому юноше, и Ваша склонность терпеть его фамильярность и дерзость заставляют всех высказывать вещи, которые мне стыдно слушать». Потрясенный до глубины души Вильгельм отказался, несмотря на подобные грязные намеки, удалить Кеппеля от двора, горько прибавив: «Мне кажется из ряда вон выходящим, что в наши дни невозможно испытывать уважение и симпатию к молодому человеку без того, чтобы это не признали преступлением».

Граф Альбемарль, 1690-е гг.

14,55 КБ


Мы уже никогда не узнаем, что именно побуждало Вильгельма так дорожить обществом ван Кеппеля и проводить долгие часы в его компании. Была то любовь «запретная», или же платоническая любовь одинокого немолодого человека к прекрасному юноше, или отцовская любовь к сыну, которого у него никогда не было и не могло уже быть, - но это действительно была любовь, которой не могли помешать ни распущенность самого Кеппеля, ни ревность Портленда, ни ядовитые сплетни, столь охотно распространяемые многочисленными врагами Вильгельма в Англии и в Европе. Правдивое или нет, это представление об их отношениях дожило до ХХ в., дав повод любовнице Эдуарда VII Алисе Кеппель шутить, что она «не первая из Кеппелей в королевской постели».
Tags: ,

Link | Leave a comment | Share

Comments {7}

Терн (Марьяна Скуратовская)

(no subject)

from: eregwen
date: Sep. 19th, 2007 05:53 am (UTC)
Link

Продолжение следует, я надеюсь? :)

Если Вильгельм так любил Марию, то зачем нужна была Бетти?..

Reply | Thread

Мария

from: anonymous
date: Sep. 19th, 2007 08:32 am (UTC)
Link

Продолжение следует, куда же оно денется :))

Его отношения с Бетти - вообще тайна за семью печатями. Ее продолжают именовать "любовницей" скорее по сложившейся традиции. В его бумагах ее имя упоминается буквально пару раз и косвенно - в записках современников. Никаких открытых фактов, свидетельствующих об адюльтере, нет, если не принимать во внимание самый ранний этап, когда Элизабет приехала в Гаагу в свите Марии и через какое-то время Мария была вынуждена отослать ее обратно в Англию к отцу, потому что ей казалось, что муж уделяет Бетти слишком много внимания. Бетти была девушка приятная, умная и умеющая поддержать беседу на разные темы, этакий "свой парень", тогда как принцесса Мария только вчера перестала играть в куклы. Ее лучшие качества раскрылись со временем...

Я думаю, что к Бетти подходит скорее не определение "любовница", а старинное слово "конфидент" во всем его емком значении.

Reply | Parent | Thread

Терн (Марьяна Скуратовская)

(no subject)

from: eregwen
date: Sep. 19th, 2007 09:32 am (UTC)
Link

Вы меня утешили, правда. А то такая трогательная история, такая любовь.. и вдруг любовница. Так что, действительно, будем считать Бетти конфиденткой. Утешительнее. :)

Reply | Parent | Thread

Мария

from: anonymous
date: Sep. 19th, 2007 09:39 am (UTC)
Link

Во всяком случае, для этого ничуть не меньше оснований, чем для допущения, что она была любовницей :)
Часто в литературе встречаются утверждения, что любовниц было несколько (имена при этом не называются) - это просто выдумка для красного словца.

Кстати, одним из активно распространявших сплетни о супружеской неверности Вильгельма был... Яков II, надеявшийся, что это даст повод развести дочку с принцем Оранским.

Reply | Parent | Thread

mariro

Кандидатки в жены Вильгельму

from: mariro
date: Jul. 20th, 2014 09:17 pm (UTC)
Link

Вы допустили ошибку, написавши, что Елизавета Шарлотта Пфальцкая сватала Вильгельму Оранскому свою падчерицу Марию Луизу. Дело в том, что последняя вышла замуж за Карла II Испанского в 1679 году, т. е, через два года после свадьбы Вильгельма и Марии. В принципе, она могла быть сосватана до его свадьбы, но я таких источников не находила. А если считать сватовство после смерти Марии II, то знайте, что Мария-Луиза умерла еще в 1689 году, раньше первой. Зато мне известно, что Елизавета Шарлотта Хотела выдать за Вильгельма свою родную дочь - Елизавету Шарлотту Орлеанскую.

Reply | Thread

mariro

(no subject)

from: mariro
date: Jul. 20th, 2015 02:12 pm (UTC)
Link

Но вед в одной из частей вы писали, что Мария II была беременна, но случился выкидыш и она больше не смогла иметь детей. Значит, отсутствие детей от "кривой Бетти" ещё раз доказывает, что у них не было романа и Вильгельм был верен Марии.

Edited at 2015-07-20 02:12 pm (UTC)

Reply | Thread

memento_mary

(no subject)

from: memento_mary
date: Feb. 23rd, 2017 10:46 pm (UTC)
Link

Мне встречалась информация, что у Марии был не один, а два и даже три выкидыша. Разумеется, проверить это невозможно, но есть вероятность, что с репродуктивными функциями были проблемы у обеих сестер - Марии и Анны (из всего потомства которой относительно "долго" - 11 лет - прожил только один сын - герцог Глостерский, а большинство беременностей завершилось неудачно). Отсутствие детей как от Марии, так и от Бетти может свидетельствовать как об отсутствии/малозначительности сексуальных отношений Вильгельма с его женщинами, так и о его стерильности, так и о бесплодии - природном или приобретенном после выкидыша - Марии (ибо Бетти доказала свою способность к деторождению в последующем браке с герцогом Оркнейским). Исходя из того, что мы по разным источникам знаем о Вильгельме как о человеке, представляется совершенно невероятным, чтобы он следовал по пути своего дяди Карла II или своего врага Людовика XIV, окружая себя любовницами и их бастардами. Возможно, еще со времен визита в Англию в молодости, когда он имел возможность лицезреть весь дядин гарем, Вильгельму всё это было чуждо и даже противно. И Бетти, вероятнее всего, была нужна для задушевных разговоров и деликатных поручений, которые можно доверить только очень близкому другу, но не для удовлетворения "основного инстинкта", который у нашего героя был явно не основным :)

Определенную загадку тут представляет его отказ от повторного брака, который с чисто практической точки зрения был бы крайне желательным - учитывая антипатию между Вильгельмом и Анной и хрупкость единственного наследника - герцога Глостера. Вильгельм не мог не видеть, что будущее протестантской династии далеко не в безопасности, и его не мешало бы упрочить. Но нет, все повторные матримониальные планы не продвинулись дальше составления списка потенциальных невест из протестантских семейств Европы. Будучи человеком в высшей степени рациональным, в этом вопросе Вильгельм принимает с виду нерациональное решение - которому, как мне кажется, есть только одно объяснение за пределами чисто моральных причин типа верности покойной королеве - а именно осознание, что повторный брак не даст наследника в любом случае.

Reply | Parent | Thread